Слова. Духовное пробуждение. Паисий Святогорец

"В этом маленьком и умилительном храмике, - говорят некоторые, - я переживаю Божественную Литургию, а в большом храме - нет.
Если церковь оштукатурена и побелена, то я не чувствую ничего, в расписанной же, с хорошим иконостасом и т.п. я переживаю Божественную Литургию". Это [то же самое], что человеку, не хотящему есть, подсолить и поперчить пищу для того, чтобы у него появился аппетит.
- То есть, Геронда, названное вами не имеет никакого значения? Не помогает?
- Я такого не говорю. Помогает, но не надо застревать на этом. В противном случае человек будет стремиться ощутить Христа магическим способом, будет искать темную келью, тусклую лампадку,
располагающий к умилению храм и без этого не сможет молиться. Но в любом месте одинаково: в поезде ли, в пещере, в дороге. Бог сделал каждого человека малой церковкой, и ее можно всюду носить с собой.
Все ищут покоя, но покой приходит к нам изнутри. И эти бедолажки, что паломничают от одной святыни к другой, хотят найти Христа, в то время как Христос находится возле них. Имея возможность найти Его без труда, они утомляются и в конечном итоге не находят Его. Человек по-настоящему духовный не получает покоя от шатаний и любований разными достопримечательностями. Они для тех, кто страдает, потому что помогают им немного забыть свое расстройство. Человек духовный, имеющий божественное утешение, не нуждается в подобных вещах. Если же он не имеет в себе божественного утешения, то ничем не отличается от мирских. Его устремления и интересы тоже будут не духовными, а мирскими. Такой человек будет стремиться достичь покоя с помощью чего-то мирского.
Многие приезжают на Святую Гору, посещают разных отцов, воодушевляются тем, что слышат от каждого, по-своему истолковывают и путают смысл сказанного да вдобавок говорят: "Очень хорошо провели время!" Но если бы они посещали какого-то одного отца, советовались бы с ним и старались исполнить то, что он им сказал, то получали бы действительную помощь. То, чем они занимаются сейчас называется "духовным туризмом". Они теряют время, без цели мучаются и пользы не получают. А как было бы легко, если бы они держались одного отца и исполняли бы то, что слышали! Потому что тогда они ощущали бы, что внутренне отходят от усталости, в то время как сейчас они бродят из одного места в другое и, подобно людям мира сего, отдыхают, любуясь зеленью святогорских пейзажей.
Есть и такие, что говорят: "Поеду к одной Матери Божией, к другой Матери Божией!" А Матерь Божия одна. Они же занимаются этим не от благоговения, а от желания покататься, развлечься. Из этого видно, что у них неспокойно на душе. Того, у кого нет благоговения, смирения, хоть в саму Кувуклию Всесвятого Гроба Господня посади - ничего не увидит. Если же есть благоговение, то можно увидеть Благодатный Огонь у Голгофы. Как-то раз один послушник из Лавры Святого Саввы пришел в Великую Субботу ко Гробу Господню за Благодатным Огнем для своей обители. Обычно окрестные монастыри посылают братию за Благодатным Огнем. Послушник пошел на хитрость: будучи одет в рясу, он оттеснил мирян и вылез вперед. Но позже, когда пришли священнослужители, его самого отодвинули назад, потому что было заранее определено, кому где стоять. Тогда послушник начал ругать себя: "Ах ты грешник окаянный, ах ты пропащая душа, еще и вперед полез со всей своей скверной! А ну-ка дуй отсюда, проваливай! Ты и в храме-то быть недостоин!" И он верил в то, что говорил себе. Вышел он из храма и стал просить Христа: "Христе мой, прошу Тебя, не возгнушайся мной и позволь пойти к какой-нибудь другой святыне". Потом он поднялся к Голгофе и там опять окаявал себя: "Подумай только, на какое ты пошел лукавство! Носишь, ничтожество, рясу и из-за этого отпихивал других, лучших себя..." И в какое-то мгновение, когда он так себя окаявал, из Святой Голгофы вышел сильный Свет, пронзивший все его существо. "Благодатный Огонь снизошел!" - сказал тогда горемыка, пошел, взял от Голгофы Благодатного Огня в свой фонарик и удалился.
- То есть, Геронда, паломничества, например на Святую Землю, не идут на пользу?
-Смотри: в наши дни,
путешествуя для того, чтобы получить небольшую пользу, ты в поездах, самолетах, гостиницах получишь [скорее] большой вред. Все пришло к обмирщвлению. Какую пользу можно получить, направляясь в духовное место и видя там великое мирское бесчинство? Для того, чтобы все это пошло на пользу, надо быть очень сильным человеком. И этот экскурсовод, который рассказывает и объясняет, когда путешествуют группами, уж лучше бы он иной раз помолчал! Потому что он рассказывает не благоговейно, например: "Здесь Гефсимания, здесь - Всесвятой Гроб Господень", а начинает тарахтеть: "Это то, это се, сейчас мы едем в Вифлеем, туда пришли мудрецы из Персии" и потихонечку "увозит" паломников... [чуть ли не] в Кувейт! Тому, кто читал Священное Писание и знает, что здесь Гроб Господень, а здесь Гефсимания, такой экскурсовод не дает сосредоточиться и помолиться. Эти рассказы нужны только тому, кто не читал Священного Писания, но те, кто едут в паломничество на Святую Землю, его читали. И люди, вместо того чтобы получить пользу, остаются с замороченной головой. Да еще и убегают сразу от одной святыни и несутся к другой - услышанное не удерживается у них. Другое дело, когда спутники и руководители в паломничестве - люди духовные, когда заранее была проделана соответствующая подготовка.
Одна переселенка из Фарас, поселившаяся в Янице, говорила: "Это что, хаджи?9 За полчаса летят до Иерусалима, за полчаса возвращаются. Разве хаджи это?" В старину бедняжки паломнички оставались у святынь и совершали там бдения для того, чтобы получить духовную пользу, а еще для того, чтобы не расходовать деньги на гостиницу и раздавать милостыню. Если же кто-то по возвращении из паломничества ни в чем не изменился духовно, то ему говорили: "И пошел ты чесноком, и вернулся луком". Святой Арсений Каппадокийский каждые десять лет совершал паломничество в Иерусалим и пять дней шел пешком до Мерсины, чтобы сесть там ..далее