Схиигумен Алексий. Иеромонах Гавриил

Воспоминания инокини Василиссы
Однажды я была на послушании у старца и вечером матушка Зиновия сказала, что мы пойдем на службу. До церкви было хоть и недалеко, но дорога была подъемис¬тая и не гладкая. Матушка сказала, что я должна везти ко¬лясочку с батюшкой. Я, конечно, очень волновалась, ведь это же не простого человека везти, а старца. У меня не было сноровки управлять коляской. Везу, а коляска то в одну сторону, то в другую устремляется. Я устала, а потом стала и вовсе изнемогать. Сделалась вся мокрая, все тело трясется от напряжения, но я все-таки везу. Наконец за¬ехали на территорию церкви. Там подъем еще круче, а у меня сил совсем нет. Батюшка сказал:
—	Отдохни немножко.
А матушка торопит, мол, опаздываем на службу. Ба¬тюшка сказал мне:
—	Вот, знай теперь, как тебе тяжело было везти меня, так мне тяжело молиться за вас.
Потом у самой церкви подбежали к нам нищие. Они увидели, что батюшку везем, и хотели помочь. Я стала препятствовать, мол, какие—то нищие хотят батюшку везти, а он благословил их и сказал:
—	Пусть везут.
Они подняли его и вместе с колясочкой внесли в храм.
Однажды к батюшке приехал священник с двумя сыновьями. Старец провидел, что у них в квартире живет собачка, и сказал ему, чтобы собаку больше не держал в жилище. И нужно освятить жилище после нее. Он несколько раз повторил, что собак держать в жилище нельзя, а только около дома.
Как-то я выполняла какую-то работу у батюшки в летнее время. Я была одета в полудлинную юбку и в кофту. На ногах одни носочки, так как было очень жарко. Батюшка сидел в колясочке и наблюдал. Потом он сделал мне замечание, что надо ходить в чулочках. Я оправдыва¬юсь:
—	Жарко.
—	В аду будет жарче.
Батюшка всегда нас старался вразумить, что женщи¬нам не положено ходить с открытыми ногами, оголенны¬ми руками и непокрытой головой.
Задержка поезда
Из воспоминаний инока Антония (Олега)
Каждый сельский житель знает, как тяжело дается се¬но, заготовленное на зиму для скотины, а тем более если этот труд ручной. В эту пору все ждут от Господа милости, сухой погоды, чтобы скорее высушить сено и убрать под навес.
По батюшкиному благословению почти за сотню ки¬лометров от обители несколько лет назад образовался скит. Из обители привезли лошадку, коровку и овечек. Сразу возникла проблема с кормами. Батюшка прислал нам в помощь косарей. С Божией помощью начали друж¬но косить. Все бы хорошо, да вот беда - лето в том году выдалось дождливое. Только сено в валках и копнах про¬сохнет, как тут же набежит туча и прольет дождь. Опять нужно выезжать и раскидывать сено, а ведь дорога даль¬няя и времени много уходит.
Один раз в хорошую погоду мы с сестрами поехали на лошадке собирать раскиданное просохшее сено. Но лишь только приехали на место, опять начался сильный дождь.
В надежде, что он будет непродолжительным, мы забра¬лись под телегу, но он со временем только усиливался. Промокшими и озябшими мы вернулись в скит.
Мы стали отчаиваться, что при такой погоде невоз¬можно будет убрать сено. И тут нам батюшка говорит:
— Привозите сырое сено.
За послушание сено было собрано сырым и привезено в скит. И, о чудо! Выглянуло солнце, ветерок разогнал ту¬чи и стало жарко.
Мы раскидали сено тонким слоем вокруг скита. В те¬чение дня несколько раз его перевернули, и к вечеру оно уже было просушено и убрано. Но самое интересное, что уже на следующий день погода испортилась и опять нача¬лись дожди.
Вот как нам помог наш батюшка.
Одно время по благословению старца я с инокиней Марфой проживали у нашей духовной сестры Марии в Каменке, в ее частном доме. Как-то нас батюшка пригла¬сил в Пензу на свой день Ангела и заочно благословил нас на дорогу. Ехать решили на пригородном поезде, который рано утром отправляется от станции Белинсксельмаш. А нам до станции ходьбы минут двадцать не спеша. С вече¬ра все приготовили, и помолившись, легли спать.
Утром я проснулся, посмотрел на часы и ахнул — про¬спали! До отправки поезда оставалось пятнадцать минут. В растерянных чувствах бужу Марию, а она спокойно говорит:
—	Быстро одевайся и пошли.
Думаю, что нет смысла торопиться, все равно опоздаем, но за послушание собрался, и мы вышли. Она мне говорит:
—	Беги вперед и попридержи поезд.
Времени спорить не было, и я побежал. А в голове мысли:
—	До отправки поезда оставались считанные минуты, и даже бегом вряд ли успею. А если вдруг и успею, то как я ..далее