Схиигумен Алексий. Иеромонах Гавриил

Меня батюшка нередко брал с собой в паломничество, в том числе и в дальние поездки. Дальняя дорога обычно выматывает и любого здорового человека. Но мы-то хоть можем изменить положение тела, а при остановках похо¬дить и размяться, а батюшка ничего этого не может. В до¬роге, как правило, все дремлют. Один батюшка всегда на молитве, как на страже находится, перебирает четки и не¬престанно благословляет дорогу.
Однажды мы к ночи кое-как добрались до дома, устав¬шие от длинной дороги. Думаем, ну вот сейчас отдохнем. А батюшка такой немощный, чуть живой сидит в своей коляске и говорит:
—	Давайте молиться.
Он никогда не давал послаблений, даже из-за сильной усталости. И так было всегда. Когда бы ни спросили:
—	Где батюшка?
Ответ неизменно один:
—	Батюшка на молитве.
У моей мамы врачи признали глаукому и катаракту. Ба¬тюшка благословил сделать операцию. Она прошла бла¬гополучно. Через некоторое время врачи сказали, что ей нужно оперировать и второй глаз. Предупредили, что без операции она может ослепнуть на оба глаза.
Она пришла к батюшке:
—	Батюшка, мне назначили операцию.
—	Я не благословляю.
Он дал маме капельки календулы закапывать в глаза.
Через некоторое время врачи вызвали ее в районную больницу посмотреть состояние глаз. После обследова¬ния они сказали:
—	Мы не находим у вас ни глаукомы, ни катаракты. Ви¬дите, как помогла операция.
Мама ответила:
—	А я не делала операцию.
После этого мама написала батюшке письмо, в котором благодарила его и говорила, что теперь при шитье са¬ма вдевает нитку в иголку.
Больше у нее проблем со зрением не было.
У нас на даче долгое время не росли ни помидоры, ни огурцы. И я самые первые, немного скрюченные огурчи¬ки принесла батюшке и говорю:
—	Батюшка, примите мою милостыню. Хоть и плохие, но от души.
А он посмотрел на эти огурчики и сказал:
—	Умножь, Господи, ее милость.
А осенью, когда пришла пора собирать урожай, меня завалили огурцами и помидорами. У меня уже и банки все закончились, а мне все несут и несут.
Я попала в больницу с аритмией. Сутки находилась в реанимации. На следующий день мне сообщили, что ба¬тюшка отслужил за меня заказную литургию.
Я еще несколько дней полежала в больнице и выписа¬лась. С того времени я про аритмию забыла.
Моему сыну Леше был один годик. Он уже начал хо¬дить. В Пензе тогда была эпидемия гриппа, и мой сын то¬же заболел. Однажды он упал и забился в судороге. Я зво¬ню батюшке:
—	У меня умирает ребенок.
Батюшка ответил:
—	Немедленно в больницу.
Привезла сына в больницу. Его сразу положили в реа¬нимацию. Я ни живая, ни мертвая пришла к батюшке, а он мне говорит:
—	Ложись отдыхай. Завтра тебе его отдадут. ..далее